Председатель Общественной палаты Севастополя Александр Трошев о введении смертной казни

Александр Владимирович, добрый день. Общественная палата Севастополя председателем которой Вы являетесь, проводит т так называемые нулевые чтения  законопроектов. Эти чтения  являются видом общественной экспертизы.

Поэтому вопрос, который я хочу Вам задать, касается внесенного 26 июня в Государственную Думу проекта закона о введении смертной казни для коррупционеров, подрывающих безопасность граждан и обороноспособность России.

Ужесточение наказания предусмотрено для ряда категорий. Это:

Лица, занимающие государственные должности РФ или субъектов РФ;

Лица, проходящие службу в Вооруженных Силах РФ, правоохранительных органах или иных органах, обеспечивающих оборону и безопасность;

Лица, действующие в составе организованной группы;

Преступления, совершенные в период мобилизации, военного положения или вооруженного конфликта.

Каковы шансы у документа стать законом и отвечает ли его принятие нормам Конституции?

 

— Вопрос, который Вы задаёте, не имеет простого ответа. Безусловно, в обществе наблюдается запрос на применение исключительной меры наказания к лицам, перечисленным в проекте закона. Если выйти на улицу и спросить граждан: «Вы за принятие такого закона?» – подавляющее большинство, скорее всего, ответит утвердительно.

Более того, в статье 20 Конституции Российской Федерации указано:

«Каждый имеет право на жизнь. Смертная казнь впредь до её отмены может устанавливаться федеральным законом в качестве исключительной меры наказания за особо тяжкие преступления против жизни при предоставлении обвиняемому права на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей».

Таким образом, прямого запрета на применение смертной казни Конституция Российской Федерации не содержит.

Дискуссия о возможности применения в России смертной казни ведётся достаточно давно, практически с 1999 года, когда Конституционный Суд РФ утвердил мораторий на её применение. После трагических событий в «Крокус Сити Холле» эта дискуссия возобновилась с новой силой. По моим наблюдениям, число сторонников введения смертной казни растёт.

Люди требуют возмездия, справедливость которого они видят в исключительной мере наказания, нередко игнорируя тот факт, что ошибки следствия и судебные ошибки, к сожалению, не являются такой уж редкостью. Достаточно вспомнить, что по делу известного маньяка Андрея Чикатило к расстрелу был приговорён один невиновный человек. Его реабилитировали уже после исполнения приговора. Серийный убийца Геннадий Михасевич, действовавший в период с 1970-х по начало 1980-х годов и, по приговору суда, совершивший 36 убийств, также печально известен числом ложнообвинённых: в процессе поиска настоящего преступника были несправедливо осуждены 14 человек. Один из них был приговорён к расстрелу, другой потерял зрение в заключении, а остальные отбывали длительные сроки лишения свободы, вплоть до 15 лет.

Необходимо напомнить о правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации. Суд неоднократно подчёркивал, что в стране сформировались устойчивые гарантии права человека и гражданина на неприменение к нему исключительной меры наказания.

Эта позиция закреплена в постановлении Конституционного Суда РФ от 2 февраля 1999 года, а также в определениях от 19 ноября 2009 года и от 9 ноября 2010 года. В решении от 2009 года было особо отмечено, что в России сложился «конституционно-правовой режим, в рамках которого граждане Российской Федерации получили право не быть приговорёнными к смертной казни». Председатель Конституционного Суда РФ Валерий Зорькин неоднократно акцентировал внимание на том, что руководством к действию должны служить именно эти решения, а не только указания на выход России из-под юрисдикции Европейского суда по правам человека и, соответственно, из числа участников Европейской конвенции по правам человека.

Валерий Зорькин последовательно подчёркивал актуальность данной позиции, указывая, что возвращение к смертной казни возможно лишь в случае принятия новой Конституции Российской Федерации. Аналогичной правовой позиции придерживается и глава Комитета Совета Федерации по конституционному законодательству Андрей Клишас, который высказывался о невозможности возврата к смертной казни в России при действующей Конституции.

И еще одно замечание.

Анализируя представленный законопроект, я обнаружил, что его авторы предприняли попытку внести изменения в статью 59 Уголовного кодекса Российской Федерации. В настоящее время данная статья имеет следующую редакцию:

«Смертная казнь как исключительная мера наказания может быть установлена только за особо тяжкие преступления, посягающие на жизнь».

Предлагается дополнить статью после слов «посягающие на жизнь» следующими положениями: «, а равно за особо тяжкие преступления против основ конституционного строя, а равно за особо тяжкие преступления против основ конституционного строя и безопасности государства, повлекшие тяжкие последствия для обороноспособности страны и безопасности граждан».

Однако, возвращаясь к статье 20 основного закона государства, на которую уже была ссылка в начале нашего обсуждения, мы видим:

«Смертная казнь впредь до её отмены может устанавливаться федеральным законом в качестве исключительной меры наказания за особо тяжкие преступления против жизни…».

Таким образом, законодательная инициатива депутатов выходит за рамки установленных Конституцией Российской Федерации положений.

Расширение сферы применения данной исключительной меры наказания за преступления против основ конституционного строя и безопасности государства, при всей их особой общественной опасности, выходит за конституционные рамки. Данное обстоятельство является фундаментальным юридическим препятствием для принятия законопроекта в предлагаемой редакции, поскольку любые законодательные инициативы должны соответствовать Основному закону страны.

С учётом изложенных обстоятельств, представляется, что шансы данного законопроекта на успешное прохождение стремятся к нулю.

Данное мнение является личным, поскольку Общественная экспертиза законопроекта Общественной палатой Севастополя проводиться не будет. Уголовное законодательство, в соответствии со статьёй 71 Конституции Российской Федерации, находится в ведении Российской Федерации, а следовательно, не подпадает под сферу ответственности региональных общественных палат

Спасибо  за содержательную беседу и  экспертное мнение.

Беседовал Борис Колесников.