«Было дело, и цены снижали» (с)

У Высоцкого  песне «В Балладе о детстве» есть такие слова:

Было время, и были подвалы,

Было дело, и цены снижали.

И текли, куда надо, каналы

И в конце, куда надо, впадали.
Так поэт описывал времена своего послевоенного детства.

 

После опустошительной войны, оставившей глубокие шрамы на теле советской земли, экономика страны оказалась на грани истощения. Тяжелейшим испытанием стала дезорганизованная финансовая система, требовавшая немедленного оздоровления. В конце 1947 года, с целью стабилизировать национальную валюту и повысить уровень жизни советских людей, была проведена денежная реформа, ознаменовалась изъятием устаревших банкнот, переоценкой накоплений граждан и, что немаловажно, открыла путь к постепенному снижению цен.

Первый акт этого масштабного плана по удешевлению товаров стартовал 14 декабря 1947 года, согласно приказу Министерства торговли СССР. Были установлены новые, более доступные фиксированные цены на важнейшие группы товаров — продукты питания и предметы первой необходимости. Перечень этот включал в себя жизненно важные позиции: хлеб, муку, сахар-песок, сливочное и подсолнечное масло, отборную говядину и другие основополагающие продукты.

На заре 1949 года, когда народное хозяйство, словно феникс, возрождалось из пепла, а издержки производства стремительно сокращались благодаря росту производительности, открылась новая возможность для дальнейшего снижения стоимости товаров.

28 февраля 1949 года, в газете «Правда», была опубликована совместное постановление Совета Министров СССР и ЦК ВКП(б), оповестившее о предстоящем снижении цен на широкий спектр товаров массового потребления.

В коллективной монографии «Денежная реформа 1947 года и ее роль в восстановлении народного хозяйства СССР» авторы (д-р эк. наук Р. М. Нуреев, Е. М. Мурашов) делают следующий вывод «чтобы снизить неизбежные негативные эмоции советских граждан в связи с потерей части их сбережений обмену денег предшествовала отмена продуктовых карточек и массовое снижение розничных цен»

С 1 марта 1949 года цены на целый ряд товаров претерпели ощутимое изменение: хлебобулочные изделия, мясные и рыбные деликатесы, качественное масло, шерстяные и шелковые ткани, роскошные меховые изделия, практичные металлические хозяйственные и электрические товары, а также фото- и оптические приборы стали доступнее на 10%. Стоимость элегантных шерстяных костюмов снизилась на 12%, а изящные платья и модные шляпы подешевели на целых 15%. Гурманы и ценители комфорта получили возможность приобрести сыры, изысканную парфюмерию, ювелирные изделия, надежные велосипеды, стильную посуду и бытовую технику со скидкой в 20%. И, что немаловажно для сельского хозяйства, значительно подешевели корма для скота: комбикорм стал дешевле на 20%, а цена на жизненно необходимое сено сократилась на 30%.

Эти решительные меры, воплощенные в жизнь 1 марта 1949 года, стали мощным стимулом для покупательной способности рубля, укрепив его позиции на международной арене. Реальная заработная плата трудящихся возросла, а крестьяне смогли почувствовать облегчение своих расходов на приобретение промышленных товаров. Как подчеркивалось в передовой статье «Правды» от 1 марта 1949 года, эти целенаправленные шаги большевистской партии и советского правительства вновь подтвердили их непоколебимую преданность делу обеспечения благосостояния советского народа.

Было – стало. Новейшая история России хранит эхо подобных обещаний

23 января 1991 года стало днем, когда страна встала на путь глубоких экономических преобразований. Накануне, 22 января, страну потрясла весть о внезапной денежной реформе, прозванной в народе «павловской» – по имени ее создателя, тогдашнего главы советского правительства Валентина Павлова.

Сердцем этой шоковой терапии стала стремительная аннуляция 50- и 100-рублевых купюр, свершившаяся с наступлением рассвета 23 января. Гражданам был оставлен ничтожно малый срок – всего три дня – чтобы обменять старые, порой месяцами хранившиеся в заветных копилках, банкноты на новые, равноценные им. Однако и здесь таились подводные камни: работающим разрешалось обменять не более 1000 рублей, а пенсионерам – скромные 200. Превысить эти лимиты можно было лишь с ведома и одобрения местных бюрократических инстанций. Официальная цель – вытянуть из оборота «лишние» деньги, объем которых, как утверждалось, втройне превосходил товарные запасы страны, – звучала грозно.

Впрочем, это событие не стало полной неожиданностью для всех. Слухи о грядущих переменах витали в воздухе неделями, просачиваясь сквозь завесу официальных заявлений. Представители прессы, словно предчувствуя беду, не раз обращались к Валентину Павлову с прямыми вопросами о возможности реформ. Глава правительства, однако, оставался невозмутим, неизменно опровергая любые домыслы.

Первый президент, намереваясь заручиться поддержкой электората, публично клялся, что взвинчивания цен ни при каких обстоятельствах не произойдет. 14 августа 1991 года Борис Ельцин, обращаясь к нации перед телекамерами, дерзко и решительно заявил, что «ляжет поперек рельс», если цены начнут расти.

Однако это обещание осталось невыполненным, хотя цены подскочили в сотни раз. Многие тогда доверились лидеру страны, но их ожидания оказались тщетными.

И, разумеется, последовал небывалый ценовой скачок. Большинство людей оказались на грани нищеты, хотя президент рисовал им совсем иную картину будущего. Тогда многие потеряли последние средства к существованию, оказавшись в безвыходной ситуации. Слова о «рельсах» остались лишь словами.

Борис Колесников