Очередь на избирательный участок как повод для отставки

Помню, как в 2007 году меня поразило сообщение о том, что министр земледелия, лесоводства и рыболовства Японии Тосикацу Мацуока покончил жизнь самоубийством.

Министра обвиняли в присвоении средств, выделенных на содержание офиса: он сообщал о высоких расходах на аренду помещения, которое ему на самом деле предоставляли бесплатно.

Мацуоке предстояло отчитаться перед депутатами о том, куда были потрачены 8500 долларов, выделенных на его офис. Но он предпочел свести счеты с жизнью. Смерть для наследника самураев, лучше, чем позор.

Мы тогда жили под Украинской юрисдикцией, и по меркам разгула коррупции тех времен никто бы не обратил внимания на такую мелочь, как 8 тыс. баксов. Тогда шутили, взятка меньше 1000 долларов считается устной благодарностью.

Но японцы странная нация, малопонятная. Многие жители страны восходящего солнца  видят в древнем культе добровольной смерти определенную эстетику, расплату за свои ошибки перед окружающими. Хорошо известен случай, когда президент одной авиакомпании покончил с собой, взяв на себя вину за катастрофу авиалайнера.

Если перестать предаваться восточной экзотике, кинуть взгляд на соседние европейские страны, то и там, среди чиновничества можно увидеть много любопытного, нам непонятного.

Например, министр юстиции земли Бранденбург,  Гельмут Маркоф ушел в отставку в связи со скандалом, который подняла общественность, узнав, что он использовал служебный автомобиль в личных целях.

Как сообщали СМИ, летом 2010 года Маркоф отвез свой личный мотоцикл в мастерскую на грузовике, принадлежащем земельным властям.

Для нас повод для отставки более чем непонятный.

Кстати, еврочиновники из дома на работу добираются на общественном транспорте, а не на служебных «членовозах».  

Совсем свежее сообщение меня просто потрясло.

Председатель избирательной комиссии Берлина Петра Михаэлис подала в отставку и взяла на себя ответственность за очереди на участках в день общегерманских парламентских выборов 26 сентября.

Она сообщила: ««Я беру на себя ответственность в рамках должностных обязанностей главы земельной избирательной комиссии за обстоятельство проведения выборов 26 сентября 2021 года. Я прошу сенат Берлина освободить меня от должности».

В чем ее вина? Оказывается в день выборов в Берлине проходил марафон, который затруднил подвоз бюллетеней на избирательные участки. Образовались очереди из желающих проголосовать.

Почему поведение немецкого чиновника потрясло?

Не  так давно мы были свидетелями того, что происходило во время выборов у нас в городе.  Об этом много написано. Повторяться не буду. Всего лишь маленький эпизод. Скрин из видео, которое опубликовали некоторые местные тг-каналы.

Пресловутое надомное голосование. Дело происходило на Каче. На снимке видно, что выездная группа избирательной комиссии,  в лице члена комиссии и наблюдателя (они различаются по форме бейджиков) наблюдают, как еще один наблюдатель опускает в урну для голосования бюллетень. Все происходит во дворе жилого дома, очень напоминает прошлогоднее голосование "на пеньках".

Сразу усматривается несколько нарушений требований установленных законодательством.

Но выборы состоялись, результаты признаны, все кому положено, получили свои премии. Уйдет ли в отставку, глава Севизбиркома, или на крайний случай, руководитель участковой комиссии?

Вопрос, надо полагать, риторический. Конечно нет. Еще того и гляди, обвинят тех, кто подает различные жалобы  на выявленные нарушения, в предвзятости, непрофессионализме или наличии какого ни будь следа  коварной разведки.

Я совсем не призываю бросаться с плакатами под окна Севизбиркома с требованиями покарать и уволить. Нет. Пока в нас самих не привита потребность быть ответственными – одна из главных составляющих политической культуры, кого ни поставь  командовать выборами, ничего не изменится.  Мы не желаем отвечать за свою пассивность, они не хотят отвечать за гиперреактивность. Так издавна повелось. Еще незабвенный российский  «цицерон»  Виктор Степанович Черномырдин изумлялся: «Какую партию ни строй, все равно КПСС получается».

Борис Колесников