Москвичи в Севастополе

0 39

Наш постоянный автор, Президент Ассоциации профессионалов социально-культурного развития Людмила Мазур представляет читателям свое историческое исследование.

Люди, узнавшие свою родину, полюбят ее

В начале 20-го века стали популярны образовательные поездки в Крым из северных областей Российской империи. Об одной такой экскурсии, совершенной учениками Звенигородского духовного училища летом 1909 года, рассказал учитель Александр Морев на страницах «Московских церковных ведомостях».

Мне стало интересно увидеть Крым и Севастополь глазами юных москвичей прошлой эпохи, путешествующих по железной дороге. По пути они занимались чтением книг о Крыме, наблюдали из окон вагона природу, замечая отличия южной флоры от северной, восторгались красотой непривычных пейзажей.

Хочу привести для вас отрывок, описывающий впечатления семинаристов и их наставника от Севастополя – гордости России.

Людмила Мазур

«Поезд от Бахчисарая до Севастополя шел часа два. Этот путь был очень интересный. В 20 верстах от Бахчисарая проезжали по мосту через реку Качу, который имеет до 20 саженей высоты; около деревни Камышлы встретился другой мост, перекинутый через Бельбекское ущелье и возвышающийся на 114 саженей. Из окон вагона мы любовались горами, известковые склоны которых ослепительно блестели под палящими лучами южного солнца. В долинах приютились татарские селения, виноградники и дачи. По пути встретились пять туннелей. В вагонах были зажжены свечи. Какое-то щемящее, жуткое чувство охватывает вас при проезде чрез эти туннели!.. С каким нетерпением ожидаешь выхода поезда из этого тёмного подземного коридора!.. С какою радостью снова встречаешь солнечный свет!.. В то же самое время удивляешься искусству инженеров, пробивших эти подземные коридоры, напоминающие кротовые норы... После станции Инкерман с правой стороны увидели Черную речку, а затем и Северную бухту Севастополя, по которой двигались катера и где были причалены пароходы и другие суда.

В Севастополе мы встретили радушный прием в стенах Константиновского реального училища. На осмотр Севастополя и ближайших его окрестностей нами было употреблено более пяти дней. Город произвел на нас очень приятное, ласкающее впечатление. Севастополь очень красивый, опрятный военный городок.

В первый день мы осматривали Исторический бульвар, разбитый на том месте, где был четвертый бастион. Более часу мы пробыли в здании Панорамы Севастопольской обороны, где помещается грандиозная картина художника Рубо, изображающая один из Севастопольских дней—штурм знаменитого Малахова кургана. Впечатление от панорамы огромное, подавляющее!.. Ужас и скорбь охватывают сердце!.. Чтобы несколько рассеять тяжелое чувство, навеянное панорамой, мы отправились на Приморский бульвар, откуда любовались бухтою и взморьем. В первый раз мы увидели отсюда ясно горизонтальную линию, как бы отчерченную невидимою гигантскою рукою на границе между небесным сводом и зеркальною поверхностью моря. Мы, жители холмистой страны, доселе не имели ясного представления о горизонте, которое мы получили на берегу Севастопольского рейда. А в это время по бухте взад и вперед, вдоль и поперек сновали катера и лодки!.. Как-будто перед нами была громадная ткацкая фабрика, в которой челноки разной величины и формы тянут за собой серебристые нити! На рейде величаво покоились военные громады-броненосцы, с которых доносилась музыка на "спуск флага". Против Приморского бульвара, на искусственном гранитном острове, возвышается колонна, увенчанная орлом, в память затопления кораблей Черноморского флота, во время Севастопольской кампании. Рядом с Приморским бульваром находится Графская пристань, на которой всегда толпятся военные различных рангов. Вблизи этой пристани, на площади, против Морского Собрания, откуда начинаются лучшие улицы Севастополя, возвышается красивый монумент герою Севастопольской обороны адмиралу Нахимову.

На другой день, 26-го июня, первую половину дня мы посвятили осмотру Музея Севастопольской Обороны, в котором собраны различные памятники "349"-дневной обороны Севастополя. В главной зале по стенам размещены портреты Государей, Высочайших Особ и главных руководителей Севастопольской обороны. Посредине залы на особых больших столах стоят модели военных судов, принимавших участие в обороне. Много картин, гравюр, юмористических и сатирических рисунков, относящихся к эпохе 1854-1855 гг., а также гипсовых и мраморных бюстов героев обороны. Очень интересны рельефные карты театра военных действий. Особая комната отведена для "Красного Креста". Здесь помещаются бюст Н. И. Пирогова и портреты сестер милосердия, оказывавших помощь раненым воинам. По стенам развешаны картины и рисунки, изображающие различные операции над ранеными. Отчасти в верхнем этаже, а главным образом, в нижнем, полуподвальном, хранятся орудия, ружья, револьверы, штыки, бомбы, картечь, пули и прочие принадлежности взаимного истребления воинствующих народов. Следует также отметить манекены, изображающие в рост воинов, одетых в полные военные костюмы того времени. Манекены сделаны и расставлены в различных местах так искусно, что мы сначала приняли их за посетителей музея. Особое внимание моих юных спутников привлекли предметы, принадлежавшие различным героям Севастопольской обороны: Нахимову, Корнилову и другим. Осмотр этого музея перенес невольно наши мысли к печальному и славному в одно и то же время прошлому нашей родины, когда так громко проявилась мощь русского солдата...

Чтобы получить законченное представление, после обеда в тот же день переплыли на так называемую Корабельную Сторону и отправились пешком для осмотра самой местности, где разыгрались кровавые сцены Севастопольской трагедии. Прежде всего осмотрели Малахов курган, на котором в настоящее время восстановлено военное подземелье с часовней. В одном углу этого, довольно мрачного, подземелья на стене есть надпись, гласящая, что "здесь стояла кровать с раненым адмиралом Истоминым". Перед курганом раскрашенными досками обозначены места расположения неприятельских войск, подвигавшихся на штурм этой твердыни Севастополя. Близ подземелья, недалеко от бруствера, лежит мраморная доска с надписью, извещающей, что "здесь смертельно ранен адмирал Нахимов 28-го июня 1855 года". На вершине Малахова кургана поставлен величественный памятник Корнилову, который был смертельно ранен здесь 5 октября 1854 года. От Малахова кургана мы затем доходили до так называемого Камчатскаго люнета, около которого был ранен адмирал Истомин. Окрестности Малахова кургана, изрытые траншеями, выжженные солнечными лучами, имеют очень унылый вид, который вполне гармонирует с печальными воспоминаниями. Невольно поразило нас удивительное сходство развернутой перед нами картины, с панорамою художника Рубо, который метко схватил и перенес на полотно тоны и рельеф окружающей нас местности. На обратном пути к пристани мы осматривали доки. Томительный дневной зной и обилие насевшей на нас известковой пыли понудили нас зайти в городскую купальню, где мы впервые на собственном опыте познакомились со свойствами морской воды. Температура воды была +20о R.

Возвратившись из Херсонеса, мы в тот же день отправились на Южный берег. Из Севастополя мы отплыли с первым отходящим пароходом, так как путешествие сухим путем, через Байдары, превышало наш скромный бюджет. Таким образом, мы вынуждены были лишить себя высокого удовольствия любоваться теми красотами, которых так много на этом последнем пути и которые так поэтично описываются различными путешественниками! ... Лишены были возможности восхищаться видом на море от Байдарских ворот!.. Впрочем, с концом этого красивого пути, от Алупки до Ялты, мы познакомились во время наших поездок до Алупки и на Ай-Петри.

При выходе из Севастопольской бухты, на рейде мы видели издали минные заграждения и минное учение. В это время откуда-то издали доносились глухие и жалобные стоны "мычащей" морской сирены... Пароход все время шел не далеко от берегов, усеянных дачами и селениями. Трудно было оторвать глаза от бинокля!.. В 7 ч. вечера мы прибыли в столицу Южного Берега - Ялту, которую называют "Русскою Ниццей". Здесь нам удалось довольно удобно поместиться в третьем городском училище. Надо отметить с благодарностью, что Городское Общественное Управление очень заботливо относится к учащимся экскурсантам. К приходу парохода обыкновенно является особо назначенное лицо, которое считает своею обязанностью указать экскурсантам место для ночлега. Для помещения экскурсантов, обыкновенно, предоставляется комната в одном из городских училищ.…

5-го июля отправились обратно в Севастополь. Страшно, до боли, не хотелось расставаться с Южным берегом!.. Невольно в сердце возникало чувство зависти к тем, которые имеют счастье проводить свои дни среди этой чудной природы!.. Не даром Екатерина Великая назвала Крым жемчужиной в своей короне! Когда подходили к Севастополю, то разразилась страшная гроза. Пароход вынужден был застопорить машины. Стало темно. Ливень был ужасный! Гром и молния чередовались без перерыва! Мы, таким образом, должны были пережить несколько тревожных минут... Качки, впрочем, не было. В Севастополь приехали в половине второго. Так как до отхода поезда оставалось еще достаточно времени, то отправились в город. Осматривали Владимирский собор. Он иначе называется Адмиральским, так как под полом его покоятся Севастопольские защитники: Нахимов, Корнилов, Истомин, Лазарев и др.

В 12 ч. ночи с почтовым поездом отправились из Севастополя. Утром 6-го июля снова переезжали Сиваш. Затем снова покатили по однообразной и ровной, как стол, степи! Жара доходила до +400R. Около Белгорода видели меловые обнажения, которые ослепительно блестели на солнце. 8-го июля благополучно возвратились в Москву, пробыв в экскурсии, таким образом, 18 дней. В Москве я и расстался с своими юными спутниками, которые, видимо, остались очень довольны поездкой. Расход на каждого участника выразился в сумме 25 рублей, а ассигновано было по 30 рублей. Остаток от ассигновки участники экскурсии, в виде благодарности, пожертвовали на кабинет Природоведения при нашем училище.

В заключение своего дневника считаю долгом еще раз отметить, что во время своей экскурсии мы всюду встречали любезный и внимательный прием. В Севастополе такой прием нам оказала администрация Константиновского реального училища, а в Ялте-Городское Общественное Управление. В Георгиевском монастыре и Успенском скиту мы пользовались вниманием отцов-настоятелей сих обителей. Такое отношение к учащимся экскурсантам заслуживает искренней благодарности.

Кроме сего, на основании своего первого опыта, беру на себя смелость утверждать, что устройство подобных экскурсий в высшей степени поучительно, а потому весьма желательно. Ни один учитель, даже самый красноречивый, не может дать учащимся того, что они могут приобрести путем непосредственного знакомства с различными уголками нашей обширной родины. А сколько таких прелестных уголков найдется! И нет надобности запасаться заграничным паспортом, если у нас у самих "много даров рассыпала природа"! Экскурсии в Крым, между прочим, могут быть рекомендованы особенно потому, что "воздух Крыма имеет удивительное действие на организм: он просто оживляет" (С. Меч). Это живительное действие Крымской природы мы отчасти испытали и на себе. В самом деле, здесь все данные к тому: и теплые лучи солнца, и приятный морской ветер, и купанье в соленой воде!

И так как, само собою разумеется, всякая экскурсия требует расходов, то было бы полезным учредить особый экскурсионный фонд, из которого выдавалось бы хотя скромное пособие учащимся экскурсантам. Такая затрата окупилась бы сторицею. Она повысила бы в значительной степени развитие учащихся в нашей духовной школе. Благодаря этому из нашей школы выходили бы люди, знакомые с своею родиною не только по книгам, - люди, узнавшие свою родину, а потому полюбившие ее. Такие питомцы школы, несомненно, будут полезными деятелями и общества и церкви!

Учитель Александр Морев.

Фото предосталеено автором статьи Людмилой Мазур

Главная новость по теме